Основные индикаторы
Данные с задержкой 15 мин.
USD/RUB
–0,23
66,53
EUR/RUB
–0,02
75,45
РТС
+0,86%
1126,15
ММВБ
+0,56%
2378,88
Brent
+0,69%
61,06
Золото
+0,29%
0,00
S&P500
+0,16%
2579,37
NASDAQ
–0,17%
6716,53
FTSE 100
–0,07%
7487,96
NIKKEI
+1,86%
22420,08
Срочно

Мнение

Мнение: Александр Фролов, Заместитель гендиректора Института национальной энергетики
Александр Фролов
Заместитель гендиректора Института национальной энергетики

Белорусский президент Александр Лукашенко в ходе заседания Высшего Евразийского экономического совета поспорил с президентом России Владимиром Путиным по ценам на газ для Белоруссии. Путин отметил, что если бы у Белоруссии не было текущих преимуществ в рамках ЕАЭС, а цена газа формировалась по рыночным принципам, то она составила бы $200, а не $129-127. Лукашенко ответил, что Белоруссии газ на границе со Смоленской областью обходится почти в $130 за 1 тыс. кубометров, тогда как цена для потребителей этой области составляет $70.

Начнем с предыстории вопроса. В конце прошлого десятилетия в России предполагалось довести уровень внутренних цен на газ до экспортного паритета, то есть до цен на газ на внешних площадках минус транспортные расходы. Это хотели сделать на фоне бурно растущей экономики и крайне успешных показателей, но потом произошел мировой экономический кризис 2008-2009 годов.

Кризис задел в том числе российскую экономику, она уже не могла демонстрировать прежних результатов, из-за чего от идеи равнодоходности, как это называлось, отказались, и до сегодняшнего дня к этой идее не возвращаются. Но когда идея равнодоходности еще была жива, с Белоруссией были подписаны документы в рамках единого экономического пространства, в рамках Союзного государства, которые подразумевали, что для Белоруссии стоимость газа будет рассчитываться фактически по принципу равнодоходности плюс транспортные расходы. Предполагалось, что индикатором для Белоруссии станут близлежащие области — в частности, Смоленская.

То есть Белоруссия должна была получать газ по тем же ценам, что и потребитель в России плюс транспорт. На сегодняшний день Белоруссия получает газ, исходя из этого принципа, и по букве заключенного соглашения все верно. Получает она газ с большой скидкой к тем ценам, по которым платят другие покупатели российского газа в Европе.

Понятно, что в цене газа значительную долю составляют транспортные расходы. До кризиса 2014-2016 годов себестоимость доставки газа до границы с Германией составляла порядка $100 за 1 тыс. кубометров, при этом для Белоруссии этот показатель был не на много меньше. Дело в том, что расстояние через белорусскую энерготранспортную систему, по которой газ идет в том числе в Германию, не такое большое.

В то же время белорусы возмущаются, так как для внутрироссийского потребителя в России газ остается гораздо более дешевым. По их представлениям, проблема заключается в том, что газ для них надо привести либо к цене близлежащий областей плюс транспорт, а это будет заметно меньше, чем сейчас, либо надо повышать цену для внутреннего потребителя в России в лице промышленных предприятий. Эти предприятия являются крупными потребителями газа, и за счет низкой цены на ресурс они получают конкурентное преимущество в сравнении с белорусскими предприятиями.

В этом контексте и происходит этот спор. Но если мы выйдем за пределы формирования единого экономического пространства и будем следовать заключенным соглашениям, то Белоруссия на какие-то скидки в ближайшие годы рассчитывать не может. Газ для нее и без того достаточно дешев.

Здесь еще присутствует дополнительный фактор, который смущает белорусов, и это связано с девальвацией белорусского рубля, которая произошла во время кризиса на рынке углеводородов в 2014-2016 годах. Тогда белорусский рубль девальвировался, как и российский рубль, он подешевел примерно в два раза к доллару. Как следствие, за каждый кубический метр им приходится платить в два раза больше денег.

Отсюда рождается вторая просьба/требование Белоруссии — отвязать цену газа от долларов и производить все расчеты в национальных валютах, что достаточно разумно с точки зрения того, что у нас строится единое экономическое пространство и Белоруссия остается нашим союзником. Однако между нами действуют соглашения, которые предписывают ныне действующие нормы и цены. В этом контексте надо выходить с предложениями относительно пересмотра соглашений, а не требовать скидки на газ, снижение цен не должно быть из воздуха, оно должно базироваться на новых соглашениях между нашими странами.

Стоит отметить, что хотя наши страны и являются союзниками у нас высокая степень интеграции, но экономики у России и Белоруссии разные. Кроме того, Белоруссия нигде не сможет купить газ на более выгодных условиях, чем у России.

Тем не менее, в рамках продолжения формирования единого экономического пространства в какой-то момент газ должен стать дешевле, чем он есть сейчас, но это произойдет не в ближайшее время, и, возможно, мы еще успеем пережить очередной кризис неплатежей со стороны Белоруссии, если экономическая ситуация ухудшится. Такие кризисы были в 2011 году, в 2015-2016 годах, и наверно, переживем такое еще раз. Но в целом для Белоруссии нынешние цены более чем выгодны.