Срочно

Интервью /  Руслан КоблевУправляющий партнер бюро «Коблев и партнеры»

«Коблев и партнеры»
«Сейчас в деле один эпизод, но я допускаю, что их количество может увеличиться, но это никак не отразится на квалификации действий Аникеева»
РИА Новости/Валерий Мельников
РИА Новости/Андрей Стенин
РИА Новости/Максим Богодвид
ТАСС/ Юрий Машков
Валерий Мельников

Адвокат Руслан Коблев, представляющий интересы лидера группы «Шалтай-Болтай» Владимира Аникеева, в интервью RNS рассказал об обстоятельствах его задержания и перспективах сокращения срока заключения для него без сделки со следствием.

Как вы оцениваете перспективы разбирательства по делу Аникеева?

Для меня, как для адвоката, это дело простое, поскольку, как минимум, двое из трех задержанных на данный момент, признают свою вину в предъявленном обвинении по ч. 3 ст. 272 УК РФ, то есть в неправомерном доступе к компьютерной информации. Решение моего подзащитного признать вину осознанное, и я как его защитник обязан его поддерживать. При этом надо понимать, что еще до своего задержания Аникеев дал несколько интервью, в которых фактически признавал совершенные преступления.

Но он не называл своего имени, интервью было анонимным

Да. Конечно, можно было пойти по пути сопротивления следствию, опровергать обвинения сначала на следствии, а потом в суде и потратить на это полтора-два года. На мой взгляд, данная позиция защиты в данном уголовном деле была бы неверной. В этом случае обвиняемый имел бы возможность выйти на свободу минимум на год, а то и на два позже. Хочу подчеркнуть, что признание вины — это всегда личное решение подзащитного, а адвокат - всего лишь независимый консультант, задача которого разъяснить все возможные последствия того или иного решения.

Борьбы не будет?

Будет борьба в конце следствия и в суде только за минимальное наказание. Повторюсь, решение о признании предъявленного обвинения было, на мой взгляд, вполне естественным , принято оно было, в том числе, с учетом тех доказательств, которыми к моменту задержания располагало следствие, и это, на мой взгляд, вполне естественно. Задача адвоката не устраивать, как вы выражаетесь, борьбу со следствием, а выстроить позицию защиты так, чтобы она привела к максимально быстрому освобождению подзащитного.

Как задерживали Аникеева?

Его задержали в аэропорту «Пулково», куда он прилетел из Киева.

Его выманили из Украины в рамках оперативной разработки?

Нет, он летел по своим делам. Но мы никогда не узнаем, как именно работала следственная группа ФСБ, которая вышла на Аникеева и других обвиняемых. Современные возможности правоохранительных органов хорошо продемонстрировала публикация Wikileaks о методах и возможностях ЦРУ по контролю практически за любыми гаджетами. К сожалению, доступ к персональным данным в настоящий момент могут получить не только правоохранители, которые делают это на основании закона, но и иные лица.

Аникеев дал признательные показания после задержания. В настоящий момент следствие практически закончено, осталось получить заключение нескольких экспертиз, в том числе, судебно-психиатрической и фоноскопической.

Сейчас в деле один эпизод, но я допускаю, что их количество может увеличиться, но это никак не отразится на квалификации действий Аникеева. Хочу подчеркнуть, что, сколько бы эпизодов ни вменялось, максимальный срок по данной статье — пять лет лишения свободы. В отношении обвиняемого, который заключил досудебное соглашение, размер наказания не может превышать половины максимального срока, то есть это 2,5 года. Речь идет о так называемой в просторечии сделки со следствием. В случае заключения такого соглашения дело рассматривается в особом порядке, то есть без судебного следствия и исследования всех доказательств.

Что ФСБ нужно от Аникеева в рамках сделки?

Защита еще окончательно не определилась, может ли быть нам выгодна такая сделка или нет. Повторюсь, досудебное соглашение гарантирует для Аникеева не более половины от максимального наказания, то есть не более 2,5 лет.

То есть, к моменту рассмотрения дела судом у него может возникнуть право на условно-досрочное освобождение, в зависимости от размера наказания. Но при этом в законе предусмотрено право подсудимого ходатайствовать о рассмотрении его дела в особом порядке и без досудебного соглашения. В этом случае, максимальное наказание не должно превышать 2/3 от максимального срока. Но еще в декабре 2015 года Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что при наличии иных смягчающих вину обстоятельств, предусмотренных законом, суд может сначала применить правило назначения наказания, предусмотренное для рассмотрения дела в особом порядке, а затем применить совокупности правил смягчения наказания, то есть, если говорить простым языком, в этом случае применяет 2/3 от максимального наказания, а потом еще 2/3 от этого срока. Таким образом, в этом случае, даже без досудебного соглашения, максимальный срок не может превышать 2 года и 3 месяца.

Эпизод со взломом почты экс-сотрудника Сбербанка Кислякова единственный в материалах следствия?

Пока это единственный эпизод в предъявленном обвинении. Я допускаю возможность появления новых эпизодов, но, как я и говорил, от количества эпизодов квалификация не изменится.

Я подчеркиваю, что вменяется доступ только к частной почте граждан, и речь не идет о служебной переписке, содержащие какие-либо охраняемые законом тайны.

Ящики на «.gov» не вскрывались?

Думаю, что нет. Сам Аникеев утверждает, что речь идет только о частной переписке.

«Шалтай-Болтай» имеет отношение к взлому аккаунтов Дмитрия Медведева?

Нет, не имеет. Лично у меня вообще имеются сомнения, что его почту могут вскрыть обычные хакеры.

Деятельность «Шалтая-Болтая» велась с ведома лиц, которые пока не фигурируют в этом уголовном деле?

Вы имеете в виду, как пишут в прессе, «курирующих сотрудников ФСБ»? Нет, никаких кураторов не было. Эта информация не соответствует действительности. На мой взгляд, ажиотаж вокруг дела возник в связи с тем, что совершенно случайно офицеры ЦИБ ФСБ были задержаны в одно время с одним из обвиняемых по нашему делу. Аникеев отрицает знакомство с Сергеем Михайловым (задержанный по подозрению в госизмене замглавы управления ЦИБ ФСБ ред.), и до своего задержания не был знаком и с арестованным позже Дмитрием Докучаевым. Сообщения о задержании Докучаева он увидел в СМИ и узнал эту фамилию, так как уже после задержания ознакомился с протоколами оперативно-следственной группы, участвовавшей в его задержании - фамилия Докучаев фигурировала в них, как члена этой группы. Аникеев предполагает, что это может быть тот же Докучаев, который задержан по делу о госизмене.

Никаких заданий от ФСБ и никакой «работы под контролем» у Аникеева не было.

В деле, по которому задержаны сотрудники ЦИБ ФСБ, также фигурируют имена Георгия Фомченкова и Руслана Стоянова. Аникеев их знает?

Нет, он услышал об этих людях первый раз, находясь уже под стражей, из сообщений СМИ.

Как, по словам Аникеева, была структурирована работа «Шалтая-Болтая»?

Сначала они вообще не думали о монетизации этой деятельности. Но потом, думаю, вместе с расходами возник такой вопрос, и у участников группы появилось разделение обязанностей. Как я понимаю, монетизацией занялся Глазастиков и его партнеры по Бирже информации. По моему мнению, доходы исполнителей из «Шалтая-Болтая» и продавцов информации были несопоставимыми. Основной доход получала Биржа.

У вас есть понимание размера дохода, который они все-таки получили?

Повторюсь, у нас один эпизод с почтой Кислякова и никакой массовой деятельности, соответственно и можно сказать, что никакого дохода не было.

А чем занимался Филинов в «Шалтае-Болтае»?

Мне это неизвестно.

Филинов и его адвокат утверждают, что его оговаривают те, кто признал свою вину. Почему возникла тема оговора?

Повторюсь, двое из троих задержанных признают предъявленное обвинение, это их осознанная позиция, согласованная с защитниками. Филинов и его адвокат вольны избирать ту позицию защиты, которую считают в данной ситуации более выгодной для себя.

Как вы оцениваете позицию Глазастикова?

Глазастиков остается на свободе и, насколько я понял, за границей, поэтому, на мой взгляд, его позиция ориентирована прежде всего на то, чтобы получить убежище и не быть экстрадированным по запросу российских правоохранительных органов. Но, на мой взгляд, перед тем, как давать многочисленные интервью, он должен был проконсультироваться с адвокатом и не признавать те факты, которые он описывает в своих интервью.

Вы говорили, что будете оспаривать решение о продлении срока содержания Аникеева под стражей до 8 мая – подана ли жалоба?

Да, мы уже подали апелляционную жалобу, но дата ее рассмотрения пока не назначена. Основным доводом следствия при продлении ареста было отсутствие у Аникеева места жительства и работы. Именно поэтому мы представляли в суд доказательства о том, что и работа, и жилье в Москве уже есть.

Чем он занимается в «Коблев и Партнеры»?

Полагаю очевидным, что Аникеев является специалистом в информационной безопасности. Естественно, сейчас он не может полноценно выполнять свою работу, но я думаю, что когда выйдет на свободу, он будет полезен не только нам. В том, чтобы это дело как можно быстрее закончилось, и он вышел на свободу и мог легально жить и работать в России, заинтересован сам Аникеев, и поэтому ему нет никакого смысла скрываться от следствия, в том числе с учетом его позиции по делу.

Цифра дня
46
процентов
  • жителей России положительно оценивают работу Госдумы
  • долгов жителей России признаны безнадежными
  • составляют средние затраты на ремонт жилья в России
  • составляет задолженность по услугам ЖКХ в России
  • населения России не доверяет финансовым организациям
  • дивидендов выплатят девять крупнейших российских нефтегазовых компаний по итогам 2016 года
  • стоит остров Алва, выставленный на продажу в Шотландии
  • заработала за год Бейонсе — самый высокооплачиваемый музыкант 2016 года по версии Billboard
  • составит стоимость объединенной компании «Яндекс.Такси» и Uber
1из10

Интервью  

все интервью